Надо отметить, что в человеческой памяти часто запечатлеваются второстепенные факты, мелкие детали и несущественные подробности. Случается, что она и вовсе дает сбой. Такой вывод делаешь, когда сопоставляешь свидетельства разных лиц. Например, государственный секретарь Э. Стеттиниус в «Рузвельт и русские» пишет о прилете Ф. Рузвельта в Крым: «Самолет президента «Священная корова», эскортируемый шестью истребителями Локхид «Лайтинг», совершил посадку…» Однако Эллиот Рузвельт, сын президента, уточняет одну деталь: шесть истребителей начали сопровождение самолета от Афин, но «один из этих истребителей потом повернул обратно вследствие порчи мотора». Мало того, «Литературная газета» 24 января1968 г. поведала о том, что самолеты Си-54, в котором находились президент и премьер-министр, сопровождались «Лайтингами», но «в какой-то точке заоблачной трассы советские истребители дальнего действия «перехватили» самолеты с высокими гостями и эскортировали их, пока колеса бомбардировщиков не коснулись крымской земли». Понятно, что самолеты Ф. Рузвельта и У. Черчилля не были бомбардировщиками. Это были специально подготовленные пассажирские машины. Суть, однако, в вопросе: сопровождали самолет Ф. Рузвельта 5 «Лайтипгов» или 6 или «советские истребители дальнего радиуса действия»?

Таких примеров разночтений можно привести десятки. Некоторые из них практически не имеют особого значения, другие — дают стимул для дальнейшего поиска, для рабочих версий и интересных находок. Так, Э. Стеттиниус в упомянутой книге сообщает, что американская делегация одолела дорогу от Сак до Ялты за шесть часов. У. Черчилль в мемуарах пишет: «На путешествие ушло почти восемь часов». Почему Ф. Рузвельту потребовалось шесть часов, а У. Черчиллю — восемь? Расстояние от Сак до Ялты (а совсем точно — до Ливадии) километров на 20 меньше, чем до Алупки. Этот путь автомобиль в 40-е годы покрывал минут за тридцать — дорога была горная, с большим количеством поворотов. Куда же ушли еще полтора часа или час?

В студенческие 60-е годы я познакомился с Сергеем Павловичем Шаптырем, известным крымским журналистом, участником обороны Севастополя. В1942 г. он был тяжело ранен на Мекензиевых горах. Как-то зашел у нас разговор о Ялтинской конференции. Это была излюбленная тема Сергея Павловича

— Владимир Николаевич! А ты знаешь, что Черчилль был в Симферополе? Именно — был, а не только проезжал. Нет? А ты интересуешься не праздно? Серьезно? Отлично… Тогда я тебе дарю информацию: 3 февраля1945 г. собственной персоной Премьер-министр Великобритании останавливался в нашем благословенном городе. На улице Шмидта. В доме № 15. Да-да, там, где лев! Вместо гонорара за информацию поставишь, Владимир Николаевич, от моего имени Уиистону мраморную доску. Ведь действительно и здание своеобразное, и личность гостя колоритная. И память достойная будет нашему англо-советскому союзу.

В конце 60-х я работал в правлении Крымской областной организации общества охраны памятников истории и культуры. Поэтому оригинально-забавная просьба С. П. Шантыря была вполне закономерна. Но в эпоху Брежнева это была абсолютно обреченная идея. Именно тогда С. П. Шантырь дал мне импульс к поиску информации о малоизвестном доме в городе Симферополе и о событиях, связанных с ним.

…Январь1945 г. Во многих точках Крымского полуострова ведутся напряженные работы по подготовке конференции глав государств. Предполагалось, что американская и английская делегации прибудут в Крым воздушным путем на аэродром «Саки». Готовился и резервный аэродром «Сарабуз» (около нынешнего п.г.т. Гвардейское под Симферополем). В дальнейшем американская и английская делегации на автомашинах должны были проследовать через Симферополь, Алушту и Ялту в Ливадию (американцы) и в Алупку (англичане). Дорога до Алупки имела протяженность около150 км(до Ливадии несколько меньше). Две трети маршрута проходило по горам, где было проложено шоссе с большим количеством поворотов, спусков и подъемов. Несмотря на асфальтовое покрытие полотна, дорога была весьма сложна и езда цо пей утомительна. Учитывая это, а также то обстоятельство, что У. Черчилль, Ф. Рузвельт и сопровождающие их лица начнут движение после многочасового перелета (1400 миль) с острова Мальта, было решено подготовить промежуточные пункты отдыха. Один из них в Симферополе (50 кмот аэродрома).

На выбор здания для отдыха в Симферополе повлияло несколько обстоятельств. Во-первых, особняк располагался близ трассы следования делегаций (ул. Ленина — ул. Воровского), менее чем в полукилометровом расстоянии. Во-вторых, здание находилось в относительно малолюдной части города, и можно было рационально организовать охрану. В третьих, двухэтажный дом-особняк дореволюционного времени построен был со вкусом (провинциальная интерпретация стиля модерн), удобно и добротно. Здание содержалось в хорошем техническом состоянии (гостиница СНК Крымской АССР).

Предоставим слово ветерану госбезопасности Л. А. Уткину, который в1945 г. служил в 8-м отделе и 3 февраля принимал участие в охране здания № 15 по ул. Шмидта: «В этот день где-то в обеденный час прибыл Уинстон Черчилль и несколько лиц из его сопровождения. Они подъехали на пяти или шести автомашинах. Охрана была в отрытых «Виллисах». Помню, что среди легковых машин были «ЗИС-101». По- моему, именно в одной из таких машин ехал Черчилль. Дело в том, что когда автомобили остановились, сначала выпрыгнула охрана, а затем вышли пассажиры. Среди последних был Уинстон Черчилль в пальто военного образца и в форменной фуражке. Такая же верхняя одежда была на некоторых других англичанах. Поэтому момент выхода Черчилля из конкретного автомобиля мною не был замечен. Думаю, что английский премьер-министр специально носил военизированную форму, чтобы не выделяться среди окружающих. Как профессионал скажу, что сам выход из машин (охрана, а затем — пассажиры) был отработан отлично. Замечу, охрана была смешанной — наши и англичане. Моя задача и вверенных мне людей из внешнего оцепления заключалась 15 контроле определенного сектора со стороны ул. Шмидта. Кстати, недалеко от гостиного дома была установлена зенитная батарея. Она находилась в опытном саду сельхозинститута, т.е. там, где сейчас Детский парк.

Что происходило в доме, не могу сказать, так как ближе ограды к зданию я не подходил. Охрану во дворе и здании несли сотрудники госбезопасности из Москвы. Никаких контактов у меня с ними не было. Ни в феврале1945 г., ни позже. Признаюсь, что у нас не было принято проявлять излишнее любопытство.

Могу засвидетельствовать, что Черчилль был в здании не более часа. Видел, как он на несколько минут вышел на балкон с сигарой. Он сделал несколько затяжек, посмотрел на небо, направо, налево… И, стоя у ограждения балкона, перекинулся несколькими фразами с людьми своего окружения.

Пока Черчилль был в здании, автомашины развернулись на 180 градусов, в сторону ул. Воровского. И вот из дома вышла охрана и небольшой компактной группой англичане. К сожалению, я не смог увидеть, в какую именно машину сел сам Черчилль. После отъезда гостей состояние особой готовности было снято. Мне и другим сотрудникам, которые дежурили по существу всю ночь, утро и вторую половину дня, дали отбой. Охрану здания во внешнем оцеплении приняла другая бригада».

Примечательно, что многие симферопольцы слышали о том, что У. Черчилль останавливался в их городе. Однако за много лет поисков автору удалось встретиться всего с одним непосредственным участником событий, происшедшим 3 февраля 1945 г. на тихой улице Шмидта, который и дал ответ на вопрос: почему Ф. Рузвельт достиг ЮБК за шесть часов, а У. Черчилль — почти за восемь.