Впервые вопрос о встрече лидеров Большой тройки был затронут в письме Президента Ф. Рузвельта Маршалу Сталину от 19 июля 1944 г. Во время посещения Москвы Премьер-министром Великобритании У. Черчиллем он был обговорен более конкретно. (Примечательно, что 9 октября самолет У. Черчилля Авро «Йорк», совершавший рейс из Италии в столицу Советского Союза, произвел промежуточную посадку на аэродроме «Сарабуз» близ Симферополя. Это стало первым непосредственным знакомством английского Премьер-министра с Тавридой).

Президент США Ф. Рузвельт назвал четыре наиболее приемлемых для него места проведения конференции — Северная Шотландия, Кипр, Афины, Мальта. У. Черчилль предложил Александрию или Иерусалим. Председатель Совета Народных Комиссаров СССР И. В. Сталин настаивал на проведении мероприятий с эластичной формулировкой: «на советском черноморском побережье». В конечном итоге в начале 1945 г. была достигнута тройственная договоренность о проведении Конференции в Ялте. По предложению У. Черчилля кодом этого мероприятия стало слово «Аргонавт».

Во многих пунктах Крымского полуострова началась широкомасштабная подготовка к акции «Аргонавт». При этом были задействованы тысячи людей из гражданских и военных ведомств. Прорабатывались вопросы самого различного плана: транспорта, связи, подготовки рабочих помещений, размещения, питания, отдыха, культурной программы, медицинского обслуживания, подарков… Важнейшее внимание уделялось проблемам безопасности участников Конференции. Учитывая это, все подготовительные мероприятия были покрыты пеленой секретности и дезинформации. Многие военные и штатские лица, ответственные за подготовку технической стороны Конференции, узнали о приезде в Крым И. В. Сталина, Ср. Рузвельта и У. Черчилля в дни их прибытия и даже позже.

Выбор военного аэродрома «Саки» для приема английских и американских самолетов не случаен. Этот аэродром был одним из немногих в Крыму, имевших взлетно-посадочную полосу с твердым покрытием. Она была сооружена во второй половине 30-х годов и имела длину около 1400 м. Полоса выложена железобетонными шестиугольными плитами с длиной грани 1,3 м. ВПП была рассчитана на самолеты всех типов, в том числе и на тяжелые четырехмоторные машины. Авиагарнизон имел комплект ремонтных, складских и других обслуживающих объектов. В сохранности находились дома офицерского состава (их тогда называли ДОСы), казармы, баня, столовая. Кроме того, в нескольких километрах от аэродрома располагался комплекс зданий Сакского санатория РККА, который впоследствии был задействован для размещения английского и американского летного и технического персонала.

И вот наступило 3 февраля 1945 г. Предоставим слово непосредственному участнику исторических событий на ранее мало кому известном аэродроме. Государственный секретарь США (т.е. министр иностранных дел) Э. Стетгиниус:

«В 7.30 утра 3 февраля 1945 года наш Си-54 приземлился на аэродроме «Саки» на западном побережье Крымского полуострова. На летном поле для приветствия прилетающих американской и английской делегации выстроился почетный караул и военный оркестр. Когда мы спустились по трапу с борта самолета, нас встретили комиссар иностранных дел В. М. Молотов, его заместитель А. Я. Вышинский, маршал авиации С. А. Худяков, адмирал Н. Г. Кузнецов, генерал армии А. И. Антонов, послы А. А. Громыко и Ф. Т. Гусев. Русские установили три большие палатки, где стояли столы со стаканами сладкого чая с лимоном, бутылки водки, коньяка, шампанского, тарелки с икрой, копченой осетриной и семгой, сыром, вареными яйцами, черным и белым хлебом. Мы надолго запомнили оказанный нам русскими в то раннее утро на аэродроме теплый прием.

Самолет Президента «Священная корова», эскортируемый шестью истребителями Локхид «Лайтипг», совершил посадку примерно через час. Рузвельта специальным лифтом спустили на землю и усадили в «Виллис». Молотов подошел к двум западным руководителям и представил им членов советской делегации. Затем оркестр исполнил американский, английский и советский национальные гимны. Черчилль курил очередную восьмидюймовую сигару, а президент обратился к стоящему рядом со мной Молотову и поблагодарил за великолепное исполнение оркестром американского гимна.

После того как почетный караул совершил свой церемониальный марш, президента пересадили с «Виллиса» в лимузин, и караваи автомашин отправился в длинный путь к Ялте».

А вот и свидетельство второго участника памятных событий. У. Черчилль в монографии «Вторая мировая война» (за которую он, кстати, получил Нобелевскую премию в области литературы) детально описывает, как в ночь со 2 на 3 февраля с Мальты в Крым началось «великое переселение»: «Транспортные самолеты поднимались с аэродрома (о. Мальта — В. Г.) через каждые 10 минут, чтобы переправить в Крым, на расстояние примерно1400 миль, около 700 человек, входивших в английскую и американскую делегации. Там еще за два месяца до этого были расквартированы части английской авиации для подготовки технической стороны дела. Я забрался в свой самолет после обеда и лег спать. После продолжительного полета в холодную погоду мы приземлились на аэродроме, покрытом глубоким снегом. Мы инспектировали почетный караул: президент — сидя в открытой машине, а я — шагая рядом с ней. Потом наша группа направилась в большой шатер, чтобы подкрепиться вместе с Молотовым и членами русской делегации, которые приехали нас встречать.

Затем мы двинулись в длинное путешествие из Сак в Ялту». (Знаменательно, что крупномасштабная высадка англичан произошла на аэродроме, который находился в нескольких километрах от так называемого Старого форта, где 2 (14) сентября1854 г. был осуществлен морской десант британского экспедиционного корпуса).

Бывший Нарком Военно-Морского Флота адмирал Н. Кузнецов вспоминает:

«Хотя И. В. Сталин уже более суток находился в Ялте, сам он не встречал глав союзных делегаций. Поговаривали, что Черчилль и Рузвельт были обижены этим, но какие-то соображения заставили Сталина поступить именно так». Премьер-министр Великобритании, надо полагать, был уверен, что его и Президента США па аэродроме будет встречать глава Советского правительства, ибо 1 февраля 1945 г. И. Сталин «лично и строго секретно» уведомил У. Черчилля: «Я уже нахожусь на месте встречи». Впрочем, какое «место встречи» Маршал имел в виду неизвестно, но ирония судьбы заключается в том, что И. Сталин встретился с У. Черчиллем 4 февраля в резиденции английского Премьер- министра, в Алупке, в Воронцовском дворце.

Забегая вперед, следует заметить, что па аэродроме на церемониях официальных проводов Президента и Премьер-министра, которые проходили, кстати, в разное время, Председатель Совета Народных Комиссаров тоже не присутствовал.

В феврале 1945 г. Крым находился в радиусе действий немецкой авиации, которая базировалась на аэродромах Северной Италии и Австрии. В связи с этим большое внимание было уделено обеспечению противовоздушной обороны (ПВО) Конференции. Днем в готовности находилось 140-170 истребителей, ночью — 48.

В настоящее время в Саках проживает Василий Андреевич Любимков, который вспоминает: «Где-то с октября 1944 г. наш 11-й гвардейский дважды Краснознаменный Николаевский истребительный авиаполк ВВС Черноморского флота перебазировался на аэродром «Саки». Я был тогда старшим лейтенантом, командиром звена. На вооружении у нас были американские самолеты П-39 «Эйркобра», поставленные по ленд-лизу. В начале января 1945 г. к нам на аэродром приземлился самолет с американскими опознавательными знаками. Потом, к концу месяца, я видел еще несколько транспортных американских самолетов. Из них выгружали ящики с каким-то оборудованием, которые перегружали в наши «Студебекеры». О том, что находится в запакованных ящиках, ни я, ни окружающие меня пилоты и технари ничего не знали. Примечательно, что в это время по гарнизону стал ходить слух о том, что на нашем аэродроме будут приземляться американские «Летающие крепости». Мы в авиации знали, что еще летом 1944 г. на Украине под Полтавой и Миргородом базировались американские бомбардировщики, совершающие челночные рейсы из Италии в СССР и обратно. «Летающие крепости» по пути к нам бомбили военные и стратегические объекты Германии и ее союзников. У нас они заправлялись горючим, подвешивали бомбы и лет ели на Запад выполнять задание. Поэтому слух о том, что наш аэродром станет местом базирования американских «челночников», был весьма логичен и правдоподобен. Подчеркиваю, что официально об этом никто не говорил, но по этому поводу наши офицеры говорили между собой открыто. Думаю, что слух о челночных полетах был инспирирован нашими службами контрразведки специально, дабы скрыть истинную цель подготовительных операций.

3 февраля мы были приведены в состояние повышенной боевой готовности. Командир дал задание: обеспечить полную» безопасность и неприкосновенность американских и английских самолетов, которые должны были произвести посадку на нашем аэродроме. Установка была необычная даже для бывалых фронтовиков: по отвечающие па сигналы «свой-чужой» самолеты сбивать без предупреждения. Не принимая во внимание чей он! Радиус особой зоны определялся в 30 км: «Пропустите самолет — на аэродром можете не возвращаться!»

С раннего утра восемь наших истребителей находились на старте. Я сидел в кабине «Эйркобры» в шлемофоне, пристегнутый ремнями, готовый по сигналу ракеты нажать на стартер. Напряжение нарастало. Каждый внимательно наблюдал за небом. Со стороны моря показались четырехмоторные самолеты. Они садились с небольшими интервалами. Некоторые Си-54 эскортировались двухфюзеляжными истребителями «Лайтинг».

Издалека я видел скопление людей у места посадки. Что там происходило, лично мне, как и всем дежурившим нашим летчикам, было неизвестно. Только после отъезда прибывших, когда дежурство закончилось, мы узнали, что прилетели Президент США и Премьер-министр Великобритании».

После окончания работы Конференции Президен т США Ф. Рузвельт и сопровождающие его лица 12 февраля вылетели с аэродроме «Саки» в Египет.

14 февраля на сакском аэродроме, перед отлетом в Афины, У. Черчилль сказал: «С тех пор, как двенадцать дней назад мы приземлились па этом аэродроме в разоренном войной Крыму, в мире произошли большие события. Постоянная дружба и сотрудничество трех великих держав были провозглашены более точно и более авторитетно, чем когда-либо ранее. Теперь нам предстоит вступить в сердце вражеской страны и сокрушить навсегда отвратительную нацистскую тиранию, которая грозила воспрепятствовать движению человечества вперед, его дальнейшему прогрессу.

Я благодарю всех Вас и, покидая землю России, воскрешенный Крым, очищенный от гуннов благодаря русской доблести, покидая советскую территорию, я выражаю всем Вам и Вашим руководителям благодарность и восхищение доблестным народом и его армией, испытываемое британской расой, разбросанной по всему миру, по всем океанам и всем частям земного шара. Мы молимся, чтобы русский народ никогда больше не подвергался тяжелым испытаниям, из которых он вышел с такой славой».

После войны сакский аэродром был реконструирован. Большая часть первоначальной взлетно-посадочной полосы была покрыта значительных размеров четырехгранными бетонными плитами, да и сама

ВПП стала выполнять роль рулежной дорожки. Однако небольшая часть «исторического аэродрома» сохранилась без изменений. Техническое состояние некоторых железобетонных шестигранников вполне удовлетворительное.

В Крыму существует много легенд времен античности и более позднего времени. Сохранились и легенды периода Великой Отечественной войны. Так, в авиагарнизоне «Саки» до настоящего времени бытует стойкая, но абсолютно недостоверная версия о том, что У. Черчилль должен был вылетать в Грецию 13 февраля, в день, который обещает неприятности. Погода была нелетная, и вылет был задержан. У. Черчилль провел ночь в авиагарнизоне в одном из домов офицерского состава (ДОС). Здание сохранилось до настоящего времени (Ново-Федоровка, ул. Героев, 10). Квартира № 12, где якобы ночевал английский Премьер-министр, находится на втором этаже южного крыла здания.

По некоторым, на этот раз весьма правдоподобным, но не подтвержденным документальным данным, эта четырехкомнатная квартира заранее была подготовлена перед началом Конференции как резиденция В. Молотова.